Марионетки в ящике - Ли Льеж

– Погодите, так мы должны не предотвратить войну? – глухо спросил Куница.

– Нет, конечно же, нет! Вы должны её начать! – тут на лице Создателя снова появилась сияющая улыбка. – Вам предстоит взбаламутить эту сонную трясину, подстегнуть прогресс, спровоцировать колебания добра и зла. Только подумайте, какие возможности перед вами открываются!

– Вы сумасшедший, – сказал я, потому что долее молчать не мог.

Мистер Хилл покосился на меня.

– Ну же, Бен, не нарывайтесь. Вы и так на плохом счету. На вашем месте я сидел бы тише воды, ниже травы.

– А мне плевать. Вы сумасшедший. Может, вы и гениальный кукольник, но с чего вы взяли, что что-то смыслите в военных делах? – надеюсь, я произнёс это без запинок.

«Бодлер» открыл рот, намереваясь что-то сказать, но его перебили. Занавес за нашими спинами вновь колыхнулся и на сцену… вот видишь, Мартина, я уже заговорил как они! В комнату вошёл высокий мужчина в коротком пиджаке спортивного типа и таких же брюках. Волосы у него были светлые с проседью, усы пшеничные, глаза голубые и очень холодные. Впрочем, он стремился изобразить радушие.

– Рад приветствовать вас, друзья! – сказал он.

Куница обернулся так резко, что едва не сшиб меня с ног. Я впервые увидел его испуганным: тёмная кожа пошла пятнами, рот приоткрылся, глаза вылезли из орбит.

– Вижу, ты быстро узнал меня, мой мальчик, – вошедший мужчина сразу обратился к Кунице. – Узнал, но не рад меня видеть. Я тоже испытываю сейчас сложные чувства. Когда-то я любил тебя, как родного сына, но не учёл того, что ты всё-таки урождённый дикарь, которого не переучишь никакими науками. Рана от твоего самодельного копья до сих пор болит. Но я выжил, как видишь. Ты меня не убил.

Куница молчал. Его лицо заблестело от выступившего пота. Оправившись от первичного шока, он стиснул зубы так, что они хрустнули.

– Благодетель! – с непередаваемой интонацией прошипел он.

– Кто-кто? – удивлённо переспросила Козетта.

– Мой благодетель! Убивший моих родителей, а меня забравший с собой в качестве трофея. Я был уверен, что убил тебя, подлая гадина.

Даже бесстрашная Козетта отшатнулась от Куницы, таким гневом от него повеяло. Этот новый человек убил родителей Куницы, и его не арестовали? Очень странно.

– Генерал Андерс к вашим услугам, – сказал высокий блондин, – подлой гадиной меня извольте не называть. Этот мальчик имеет некоторое право на подобные чувства, но на всех остальных снисхождение не распространяется. Прошу меня простить, я опоздал.

Он щёлкнул каблуками и церемонно, по-военному поклонился.

– Что вы, что вы, мистер Андерс, устраивайтесь поудобнее! – замахал руками ложный Бодлер. Мне приходилось быстро мотать головой, чтобы наблюдать за ними обоими. На суровые лица за окнами моего внимания уже не хватало.

Человек, которого назвали генералом, огляделся вокруг – наверняка для того, чтобы понять, где именно он должен устраиваться. Он явно не обладал способностью кукол совершенно ровно стоять на наклонном полу.

– Благодарю вас, мистер Хилл. Итак, мой компаньон объяснил в общих чертах, что именно от вас требуется. У вас остались вопросы? Можете задать их мне.

– Как ты выжил? – спросил Куница.

Мистер Андерс поморщился.

– Я боевой офицер, мальчик, а не штабная развалина. Я дважды был серьёзно ранен и оба раза оправился от последствий. Твой удар был неожиданным для меня, ведь я верил тебе, считал безобидным игрушечным индейчонком. Ну, ошибся, с добросердечными людьми такое бывает. А я ведь почти сделал из тебя джентльмена! – генерал прищурился и досадливо цыкнул. – Но увы. Дикарская кровь оказалась сильнее. Я выжил, потому что меня не убьёшь так просто! Понял, наивный дурак? Но я не собираюсь с тобой поквитаться. Ты искупишь свою вину иным способом.

Куница издевательски ухмыльнулся. Атмосфера в комнате накалялась.

– У меня вопрос, – снова вышла вперёд Козетта. – Вы сумасшедший или нет?

– В здравом уме и трезвой памяти, дитя моё, – усмехнулся генерал Андерс.

– Поверю на слово. И всё, что нам сейчас наговорил ваш приятель, не является бредом?

– Я понимаю, что мистер Хилл кажется несколько… эксцентричным, – блондин слегка смущённо посмотрел на всплеснувшего руками Создателя. – Его тяга к аффектации порой чрезмерна. Но он не безумец, а гениальный мастер, умеющий создавать кукол, неотличимых от людей. Это печальная история, дети. Мистер Хилл, вы позволите, я расскажу?

Я повернул голову, чтобы заметить, как Создатель пожимает плечами: мол, делайте, что хотите. Дождавшись этого знака, генерал кивнул и продолжил:

– Не так давно мистер Хилл пережил ужасное горе: у него умерла жена. Чтобы справиться с болью, он превзошёл сам себя и создал невероятную куклу, которая может говорить и двигаться, как человек. Она даже внешне почти неотличима от человека…

– Отличима, – буркнул Ли.

– Но мистер Хилл не остановился на этом и шагнул ещё дальше. Он захотел обрести бессмертие! – голос генерала возвысился, обретая силу и глубину. – Ничто не могло остановить его на этом пути. Мистер Хилл избавился от своего земного тела и заменил его на кукольное, которое может менять и трансформировать по своему смотрению. Теперь мистеру Хиллу не страшны ни пули, ни кинжалы…

– Это невозможно! – возразил я.

– Почему же? Человечество столетиями искало секрет бессмертия, а мистер Хилл нашёл. Мне необыкновенно повезло с партнёром и единомышленником, – гордо сказал мистер Андерс. – Лишь одно обстоятельство омрачает триумф жизни над смертью: маленькая дочь мистера Хилла, крошка Эскиз, не принимает его как своего отца. Это большое несчастье для великого мастера.

– Она называет себя Картинкой! – воскликнул мистер Хилл. – А её зовут Эскиз! Эскиз – начало всякой работы… Эскиз – источник вдохновения… Я назвал её так, чтобы она понимала, как она мне дорога. Неблагодарная девчонка! Если она не хочет быть со мной, пусть примет участие в моём Спектакле!

– Вы забываете, дорогой друг, что ваша малютка не прошла испытание, – напомнил генерал Андерс. – Мы заменим её кем-нибудь другим. Не печальтесь, дети часто бывают глупы и неблагодарны. Уж мне ли не знать! Мой приёмный сын, которого я вывез, фактически спас из дикого индейского племени, в благодарность угостил меня самодельным копьём.

– Жаль, промахнулся! – вставил Куница.

– Жаль, что ты так и не стал моей гордостью и моим наследником. Но ты послужишь своей новой стране вместе со своими новыми друзьями.

– Великобритании? – спросила Сора. Я с изумлением посмотрел на неё: она что-то знает?

– Мир хрупок, девочка, – генерал скорбно посмотрел на неё. – Положение дел крайне неустойчиво. Мы не в силах остановить великий передел земель, который вот-вот начнётся. Но мы можем обратить войну на пользу достойным странам, а не их подлым соперникам.